Общее·количество·просмотров·страницы

Показаны сообщения с ярлыком Нью-Йорк. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Нью-Йорк. Показать все сообщения

среда, 10 ноября 2010 г.

Кузькина мать

 В 1960 году  Вождь - Кукурузник Никита Cергеевич Хрущев получил приглашение в Америку  на ХУ сессию Генеральной Ассамблеи ООН.  Туда же отправился Великий Лидер Кубинского Коммунизма - Фидель Кастро. В Нью-Йорке  Фидель, будучи убежденным борцом за права угнетенных слоев населения остановился в скромной гостинице "Тереза" в Гарлеме , черном районе, олицетворении несправедливостей политики сегрегаци. Хрущеву же, социалистическое происхождение  и коммунистические убеждения не помешали поселился в самом шикарном отеле в Манхеттене на 5 авеню - "Уолдорф-Астория", отеле, в котором и по сию пору живут миллиардеры и особы королевской крови.  Повалявшись на кровати  величиной с будущую квартиру великого хрущевского строительства, Никита Сергеевич ощутил острое желание поделиться с кем-то своими коммунистическими убеждениями. Но было не с кем.  Окрестные номера были заселены  подлыми вражескими элементами, недобитой белой сволочью, олигархами и эксплуататорами. 
   В туалетной комнате стояли флаконы с Кельнской водой, но вкус Хрущеву не очень понравился. Повздыхав на никелироваными кранами мраморной ванной, Никита Сергеевич применил Буржуйский Одеколон обычным путем и отправился в Город Желтого Дьявола на поиски единственной родственной  коммунистической души в этих Каменных Джунглях. 
Фидель Кастро одиноко сидел в загаженом, вонючем, полном клопов и тараканов номере гостиницы "Тереза" в Гарлеме. Из открытого окна разило помоями и доносился страшный шум негритянского квартала. Фидель в который раз грыз себя за идиотский пафос, не позволивший ему въехать в роскошные номера "Уолдорф-Астории". Тем более, что с детства он мечтал заказать в номер троих белых проституток.
Алюминиевая канистра с кубинским ромом одиноко стояла у двери. Очень хотелось выпить. Но... было не с кем!
    Внезапно из окна донесся резкий звук тормозов, крики, ругань , удары, затем торопливые, бухающие шаги по лестнице...
"Проклятые капиталисты  идут меня убитвать!!!-пронеслось в голове у Кастро!!! "Черт дернул в Астории не селиться"- пронеслось дальше!
"Даже канистру открыть не успел!" - додумал Фидель, спешно собирая автомат Калашникова, подарок дружественых российский коммунистов.
Дверь распахнулась с грохотом. На пороге стоял Хрущев - галстук набок, костюм помят,  в руках бутылка русской водки.
В грудь ему холодным глазком смотрело дуло автомата Калашникова....

    На следующее утро, на заседании 15 Ассамблеи ООН,  Никита Сергеевич мечтал только об одном - пойти и завалиться спать на платцдармообразную кровать в номере буржуйского отеля "Уолдорф-Астория". На Фиделя же, свеженького и бодрого после уговоренной ночью канистры кубинского рома смотреть ему  было противно. А проклятые капиталисты все говорили и говорили, да еще и позволяли себе порочить светлый образ Мирового Коммунизма. "Взорвать бы вас всех, к чертовой матери" - угрюмо думал Первый Секретарь ЦК КПСС.  В отчаянии Хрущев сорвал с себя сандалету из наилучшего советского кожезаменителя и в исступлени закричал, колотя ею по трибуне : " Мы  покажем вам Кузькину мааать!!!"
Советские разведчики, присутствующие в зале под видом журналистов и фотографов покрылись холодным потом и начали переглядываться. "Неужели же она у него с собой?????????" - беззвучно вопрошали они друг друга и в глазах у них плескался холодный ужас....

    30 октября 1961 года СССР провел испытания самой мощной водородной бомбы в истории планеты. Сила взрыва составила 50 мегатонн, он был в 10 раз сильнее всех взрывов, произведенных во время Второй мировой войны, включая атомные в Хиросиме и Нагасаки.
Кодовое название проекта было :  "Кузькина мать".....

воскресенье, 7 ноября 2010 г.

Свобода, озаряющая мир.

Томным и жарким летом 1865 года, в Париже, весьма интеллектуальное и ученое общество, собралось за обильным столом , дабы в компании с пикулями, трюфелями и устрицами бурно восхищаться американскими свободами. Хозяин гостеприимного приюта для прогрессивных чревоугодников - Господин Эдуард Рене Лефебр де Лябулэ , известный специалист по Истории Свобод Соединенных Штатов, сатирик и правовед, между тратьей и второй переменой блюд, расстрогавшись от выпитого за обедом портвейна, произнес прочувствованную речь о братстве, а точнее "сестинстве двух стран - Франции и Америки. Увлекшись собственным монологом де Лябулэ предложил постороить для "американской сестренки" величайший в мире монумент - символ обретенной ею конституционной свободы .
Французские граждане, которые в этот момент занимались обычными для дневного времни делами, ни о чем таком и не помышляли.
А гости радостно зааплодировали, тем более, что окончание речи де Лябулэ совпало с появлением омаров, фаршированых икрой. Тем более, что никто не мог себе представить дружбы крепче, чем дружба стран-участникиц двух кровопролитнейших войн.
Утерев светлые слезы умиления , Господин Эдуард Рене Лефебр де Лябулэ извинился перед гостями и отправился к себе, в рабочий кабинет, чтобы вновь перечитать сатиру собственого сочинения "Америка в Париже" и вдоволь посмеяться.
Гости не очень огорчились из-за отлучки хозяина, коньяку было еще навалом, и ожидалось  сладкое, ну, и потом можно было вдоволь наговориться о свободах бедных угнетенных классов населения.
И лишь один человек за столом не переставая взвешивал и так и этак идею об изготовлении Монумента Свободы для Новой Земли.
Уроженец французского городка Кольмар, гордо носящего звание Маленького Парижа, молодой скульптор-монументалист Фредерик Огюст Бартольди, крепко задумался о перспективах, которые может принести ему эта затея. Честолюбивый мастер горел желанием убить сразу нескольких зайцев, а именно: разбогатеть, прославиться, угодить маме и угодить любовнице, перешедшей ему по наследству от американско-еврейского швейномашинного богатея Исаака Зингера. Еще ранее Огюст задумал колоссальный монумент, олицетворяющий Свободу и явившийся бы, так сказать, потомком знаменитого Колосса Родосского, который, как известно повергся со своих глиняных ног, на которых сэкономили античные суб-подрядчики. Монументальный художник сделал макет великой статуи. Он пристроил голову своей любимой мамаши к телу своей пасии - знаменитой одалиски, американской миллионерши Изабеллы Зингер, корону же содрал с изображений Апполона, дал в руки факел – и предложил изделие Египетскому правительству. Которое, его великому изумлению, не поспешило сей шедевр купить, а более того, посоетовало поменьше проявлять креативной инициативы по отношению к их стране.
И вот – появилась уникальная возможность пристроить практически спроектированное изделие в качестве подарка для Америки! И не выслушивать ворчание матушки и уперки любовницы, которая в последнее время стала неоднозначно намекать, что содержание скульптора-неудачника ей совсем - как это будет по франзузски - не комильфо.
Доев, однако, сладкое и допив последний бокал шампанского Фредерик Огюст Бартольди встал и решительно направился в кабинет Господина Эдуарда Рене Лефебра де Лябулэ, дабы обсудить с ним детали приватно.
Французские граждане, многие из которых даже и не знали еще, что Америка вообще существует, жили своей обычной жизнью с каждодневными заботами о хлебе насущном. Однако, когда предпримчивые дельцы стали собирать с них пожертвования на Монумент Свободы на каком - то там неизвестном континенте, многие задумались над тяготами собственного бытия и стали потихоньку копить деньги на билет туда, чтобы хоть одним глазком посмотреть, на что же они собственно сдали деньги и где же есть такая Свобода, которой нужно презентовать Монумент.
Американские граждане, которым у было поручено скинуться деньгами на пьедестал для подарочной Статуи, повели себя абсолютно не сознательно. Каждый норовил утаить законно заработаные на фабрике гроши.
Французам, которые к тому времени не только собрали деньги, но и изготовили Монумент в полный его рост, пришлось высылать Подарок ультимативно, по адресу: Соединенные Штаты Америки. Штат Нью-Йорк. Форт Вуд, поскольку дополнительных средств на его хранение выделено не было.
Многотонное сооружение было успешно переправлено через океан, на борту французского фрегата «Изере», в виде 350 частей, упакованных в 214 ящиков. На сборку был откомандтрован тогда еще совсем не знаменитый французский инженер Гюстав Эйфель.
И наконец, в 1889 году, покровы с Новоявленной Свободы слетели.
93-метровая и 125-тонная фигура Изабеллы Зингер с головой мамаши Бартольди в короне Апполона и Факелом - Маяком в руке, вознеслась на звезднообразном острове - нестерпимо красивая и сияющая всеми своими медными боками.
Вздох пронесся над толпой, миллионы губ зашевелились что-то шепча.
Дельцы прикидывали, сколько можно было б заработать на продаже этого количества цветного металла.
Огюст Бартольди подсчитывал в уме свои будущие гонорары.
Гюстав Эйфель, внезапно взлелеял мечту о не менее мощном собственном сооружении в центре Парижа.
Изабелла Зингер позировала фотографам в тунике.
А эмигранты плакали, остро осознав, что у них наконец есть покровителница навечно, навсегда, навсегда, навсегда.
«Вам, земли древние, — кричит она, безмолвных
Губ не разжав, — жить в роскоши пустой,
А мне отдайте из глубин бездонных
Своих изгоев, люд забитый свой,
Пошлите мне отверженных, бездомных,
Я им свечу у двери золотой!»

И только Господин Эдуард Рене де Лябулэ ни о чем не думал, ничего на слышал и не видел. Потому что почил в бозе за 6 лет до окончательного становления Великого Монумента на Новой Земле.

  Никто в мире не любит дарить подарки так, как Господин Зураб Церители. Особенно, когда их никто у него не хочет покупать. А подарки у него щедрые - в основном - очень монументальные скульптуры. Для которых, зачастую  и места-то невозможно найти в  небольших провинциальных городишках. Да и желание трудно найти, чтоб поставить...
  Однажды Господин Зураб Церетели наваял Очень Большого Колумба. И разумеется предложил приобрести его правительству США. Но в Новой Земле шедевр почему-то покупать не захотели. Не удалось пристроить изваяние даже в самых отсталых регионахнах Латинской Америки, набитых наркодиллерскими деньгами. Поэтому, чтобы не держать многометрового колосса на дворе своего Рублевского особняка, Господин Церетели подарил его Московской Мэрии, предварительно преобразовав в Царя Петра Первого.
Праправнук Господина Эдуарда Рене де Лябулэ - Господин Станислас де Лябулэ - нынешний посол Франции в Москве - присутвовал на открытии Великого Монумента, в качестве почетного гостя. Сидя за банкетным столом, накрытым в честь знаменательного события, в компании с устрицами, пикулями и трюфелями, он смаковал хорошо выдержанный портвейн и слезы умиления искрились у него на глазах.